| Новые приключения неуловимых гардемаринов |
|
Из появления на кино- и телеэкранах незапланированного «продолжения» вытекают как минимум два вывода. А. Несомненный успех «первой серии». В рекламе второго фильма о лихих гардемаринах первый без излишней скромности назван знаменитым. Всенародная популярность отечественной картины — штука в наши дни редкая, а потому особо приятная. Как тут не порадоваться за кинематографистов. Б. Временное головокружение от успехов у авторов, которые даже самим себе, вероятно, не признаются, что простодушное, по-человечески понятное желание вторично сорвать бурные аплодисменты, не приложив для этого новых усилий, по существу признание в творческой беспомощности. Как тут не огорчиться за кинематографистов. «Продолжения» прокляты изначально. Черты вырождения проступают в них от серии к серии с неумолимостью. Если потомков второго поколения волна первоначального энтузиазма еще может вынести на берег, то следующие генерации ждет, как правило, провал. Ага! «Как правило»! Значит, могут быть исключения? Лихорадочно перебираю в памяти многосерийные шедевры мирового экрана - тарзаны, анжелики, бонды, рэмбы. Не слишком ли я категоричен; вон в бесконечной «бондиане» какой уж исполнитель меняется, а зритель все идет и идет. Ну если не ставить перед собой задачу создать на экране что-либо стоящее, а только смотрибельное, то, конечно... «Эмануэль» еще можно припомнить... Полагаю, что «продолжения» оправданы лишь в случае, если каждый «выпуск» имеет свое независимое содержание, а сквозные герои необходимы не только для возбуждения ностальгических воспоминаний об их прошлых заслугах, но и по замыслу, сюжету, идее. Почему так понравились-полюбились «Гардемарины-один»? Само собой, потому, что они были сочинены, сделаны, сыграны, положены на музыку талантливыми людьми, В противном случае никакие привходящие факторы не смогли бы себя проявить. Но главным были все же эти самые привходящие факторы, короче говоря, отчаянный контраст между незамутненной жизнерадостностью, брызжущей из всех пор молодостью, одухотворенной к тому же высокими нравственными идеалами, которую выплеснули на нас с экрана новоявленные российские мушкетеры, и унылой, негероичной повседневностью, тоской безысходных очередей за сахаром и водкой, ежедневным ожиданием апокалипсиса, наступление которого нам пророчат газеты. По-моему, не было наблюдателя, не отметившего, что на московских баррикадах в три незабываемых августовских дня лица людей светились внутренним огнем. И будет жаль, если тому огоньку не дадут разгореться. Но это уже другая тема. Создатели «Гардемаринов» ухватили нашу, может быть, неосознанную потребность в душевных порывах, в пламенных страстях, в безрассудной отваге. Были, как не быть, и в фильме «Гардемарины, вперед!» слабости, но не о них сейчас речь. Без романтических устремлений жить невозможно, по крайней мере трудно и скучно. В нынешние времена на тех же кино- и телеэкранах, не говоря уж о видеокассетах, нет дефицита в заморских добрых молодцах, которые с одинаковой виртуозностью умеют обращаться и с секирами, и с гранатометами. Но по душевному складу герои западного кино все же очень далеки от нас. Хочется чего-то своего, родимого. Еще один плюс «Гардемаринам» — произведений подобного жанра у нас мало. Русская литература с ее углубленным психологизмом не создала устойчивой авантюрно-приключенческой традиции. Легкомысленных налетов на собственную историю мы не переносили. Шалопутные анжелики нам ни к чему. Честно говоря, груз истовости отчасти не сбросили с плеч и создатели «Гардемаринов». Героям картины явно не хватает естественной юношеской беззаботности, непринужденности уж такие они не по возрасту государственные мужи, уж такие однолюбы. Тем не менее, если даже эти беспорочные мальчики сумели затронуть зрительские сердца, то значит, с созданием положительного героя дела не всегда обстоят безнадежно. Собственно, все названные черты спроецировались и на фильм «Виват, гардемарины!». Но... Самое интересное во втором фильме то, чего не было в первом: история появления на российском троне никому не известной, захудалой графини-немочки, будущей Екатерины Второй. Здесь эта захватывающая история подана в фарсовом стиле, прекрасно схваченном исполнительницами главных ролей (может быть, за исключением актрисы, героиня которой — Анастасия Ягужинская своей непреклонной суровостью скорее напоминает морского офицера, нежели романтическую подругу одного из гардемаринов). Зато обворожительно фундаментальна Наталья Гундарева в роли русской царицы. С неизменным шармом выписывает свою злодейку Людмила Гурченко. И не знаю как, но Кристина Орбакайте сумела передать в танцующей девичьей походке тяжелую поступь великой государыни. Словом, я хочу сказать, что женская часть актерского ансамбля, как говорится, с сухим счетом переиграла мужскую. А где же наша замечательная троица? Где кумир нынешних гимназисток Дмитрий Харатьян? Вот тут-то и сказалось проклятие продолжения. Ребята все так же грациозны, все так же верны своим возлюбленным, все так же поднимают шпаги «за любовь и честь». Но, как бы это ни показалось парадоксальным, в фильме они, в сущности, не нужны. Это фильм не о них. У кареты с высокородными дамами, совершающими вояж из Пруссии о Россию, могли быть другие сопровождающие. Ничего не изменилось бы. Гардемарины полнились в этом фильме лишь потому, что они были о предыдущем, но никакой самостоятельной художественной задачи авторы им не дали. Или не смогли дать. Сюжетные привязки, которые соединяют наших героев с основной интригой, выглядят, на мой взгляд, неестественно. Мало-мальски проницательный царедворец никогда бы не поручил одному из друзей шпионить за другим. Выпускники кадетского корпуса, конечно, замечательно фехтуют, но это скорее заслуга балетмейстера, нежели режиссера. К тому же чрезмерный метраж, отведенный на рукопашные схватки, в которых задействованы бицепсы, но никак не голова, тоже едва ли надо отнести к достоинствам картины. Вопреки всему сказанному я не стану утверждать, что во время просмотра только и рвался покинуть зал. Дай Бог, чтобы и этот фильм хоть на несколько часов оторвал бы наших молодых людей от улицы и оставил в их душах хоть небольшую зазубринку. Я хочу лишь сказать, что для того, чтобы мы могли с чистым сердцем воскликнуть: «Виват, кинематографисты!», надо сперва осуществить девиз первого фильма «Кинематографисты, вперед!». Всеволод РЕВИЧ, Еженедельник «Экран и сцена» № 49 |