Дело не только в шляпе - Сергей Жигунов - главные новости из жизни актёра

Главная - Пресса - Архив (1988-2002) - Дело не только в шляпе

Дело не только в шляпе

Санкт-Петербург превращается в столицу многосерийного кино.

Здесь как блины скатываются с горячей “сковородки” аппетитные “Бандитский Петербург”, “Охота на Золушку”, “Менты”, “Агент национальной безопасности”, “Убойная сила”... В ролях, как правило, заняты питерские актеры. Для многих из них, скромных тружеников театра, временная жизнь в телесериале меняет судьбу. В сериалах все чаще снимаются звезды... Так, Донатас Банионис приехал из Вильнюса, чтобы сыграть знаменитого сыщика Ниро Вульфа. Роль незаменимого помощника Вульфа – Арчи Гудвина – взял на себя Сергей Жигунов. Съемки трех новых фильмов “Дело в шляпе”, “Воскреснуть, чтобы умереть”, “Голос с того света” (всего их в проекте – десять) с переходящими из фильма в фильм главными героями осуществляет киностудия “Свет” (Москва) при участии студии “Голос” (С.-Петербург). Сценарист Владимир Валуцкий, набивший руку на “Приключениях Шерлока Холмса”, прошелся по пяти романам классика американской детективной литературы Рекса Стаута, сочинившего толстого и умного Ниро Вульфа. Режиссер – Евгений Татарский (“Приключения принца Флоризеля”, “Золотая мина”, “Убойная сила”), он же Председатель Союза кинематографистов С.-Петербурга. Продюсированием картины занялся Сергей Жигунов. События разворачиваются в 30-е годы в Нью-Йорке.

Мы отправились к берегам Невы, на съемочную площадку фильма “Дело в шляпе”, в оранжерею Вульфа, страстного любителя и коллекционера орхидей. Оранжерея разместилась в прилегающем к Эрмитажу особняке, который был подарен Александром II сыну – Князю Владимиру Александровичу. Теперь здесь Дом ученых. Место, где снимались все основные сцены, включая убийство, – шикарный кабинет Князя (кабинет Ниро), весь напичканный уникальными экспонатами. Здесь почти все настоящее – именно за этим столом, в этом кресле сидел Князь Владимир. Теперь здесь расположился Банионис. Сам он трепета по этому поводу не ощущает. Говорит: “Здесь красиво, но пыльно и душно”. Еще бы. Именно в этом кабинете впервые была отработана практика бронирования помещения – окна, стены прикрыты металлическими ставнями, чтобы обезопаситься.

У Стаута Ниро Вульф – человек пивной, обрюзгший... Банионис, восседающий в именитом кресле, держался весьма отстраненно, даже обиженно, ему не нравилось, что мы рассматривали его.

“Я не люблю Ниро, – заявил он, – и вообще не понимаю, почему и за что я должен любить свой персонаж. Я люблю жену, сына... Да, Ниро мне несимпатичен и неинтересен. Меня заставляет делать его таким – режиссер. Я в его воле, остается только подчиняться. Ужас...”.

Тут режиссер Евгений Татарский взрывается: “Донатас, а каких персонажей вы любите или любили? Не ошибусь, если скажу за вас, что никого и никогда!!! А то господа журналисты так и напишут, что он играет Вульфа, которого не любит... Поймите, у Баниониса такая позиция, такой актерский принцип...”.

Донатас рассмеялся: “Я, действительно, не люблю тех, кого играю... Все кино лживо...”. А за что любить-то? Каждый день на письменном столе (том самом) выставляются для Ниро пять бутылок пива. Их надо открывать и пить. И так в течение двух с половиной месяцев... А Банионис пива не пьет, он любит коньяк... Какое тут настроение будет! Ему все надоело. “Конфликты – абсолютно естественная вещь, – объясняет режиссер, – поссориться с актером один раз в три дня считается нормой. Я уже работал с Банионисом в картине “Приключения принца Флоризеля” и знаю, что после съемок он присылает мне любезные открытки. Так будет и теперь. Причина ссор может крыться даже в магнитных бурях...”.

И все-таки Банионис оживился, когда его спросили о родном паневежисском театре.

“Я играю в семи спектаклях, – ответил он, – “Самоубийца”, “Иванов”, “У озера”... Из новых – “А дальше тишина”. Играю роль, которую когда-то играл Плятт... Наш театр все время меняется. Он зависит от личности режиссеров. Теперь, в основном, у нас ставят приезжие. Делают спектакли, даже не зная языка. Нет личности – нет глубокого, мыслящего театра. Почему-то решили, что Станиславский – это плохо. Плохой Станиславский – там, где его плохо понимают. Сейчас времена не моего театра, потому что актер не нужен. Гамлета может играть любой, с улицы взятый музыкант, и Дездемону играет балерина... Чем же увлекают зрителей? Эффектами!!! Зрители с восхищением говорят: “На сцене шел настоящий дождь!”. Не актер восхищает, а вода...”.

Банионис играет в театре на литовском языке. Он не скрывает, что по-русски говорит все хуже и хуже. В его жизни русского языка становится все меньше. Работая в этом сериале, ему пришлось выучить огромное количество текста. В фильмах советского времени за Баниониса говорил Александр Демьяненко. На этот раз сыщика озвучил питерский актер Геннадий Богачев, с условием, что и ему дадут что-нибудь сыграть.

Музыку к сериалу пишет Владимир Дашкевич, хотя не знает, когда и где она прозвучит. Дело в том, что при перезаписи режиссер-постановщик расставляет темы так, как ему кажется нужным, и этим сериал отличается от художественного кино, здесь музыка не пишется под экран. Как многоопытный кинокомпозитор, Дашкевич умеет делать все. Вместо того, чтобы сочинять, сыграл написанную им же увертюру к фильму “Шерлок Холмс” наоборот, то есть задом наперед... Таким неизученным способом сделал полтора часа перевернутого Холмса для Ниро Вульфа.

Евгений Маркович Татарский знает, что делает. Все 10 серий будут сниматься в разных жанрах, что заметно подсластит пресную литературную основу.

“В телевизионном проекте не может быть долгих раздумий, – говорит он. – Это в кино можно – ногу на ногу, задуматься и сказать кому-то: “Вон!”. Здесь съемки не могут быть приостановлены из-за плохого солнышка... В телевизионном проекте этого не может быть априори... Нас, всех, кто работает для телеэкрана, объединяет то, что мы точно знаем аудиторию, для которой снимаем. Мой сериал – для интеллигенции, мои шутки, то есть шутки Стаута, сегодня понятны не всем. Фильм для тех, кто их понимает... Сергей Жигунов говорит, что я испытываю латентное стремление к авторскому кино (шутит, конечно).

“Проблема телевизионного кино, как помеха художественному, надумана, – настаивает Жигунов. – Кто и как может влезть в чужой карман частных телеканалов, которые по своему усмотрению снимают те или иные фильмы? Бойкот объявить? Но зачем? Чтобы актеры отказались сниматься в криминальных сериалах? Государство не финансирует телевизионное кино. О чем может идти речь? Телевизионное кино помогает кинематографистам выжить... И имеет связь со зрителем... Кому может мешать то, что всем нужно? И теперь, когда мы, наконец, смогли вышибить мексиканские и американские сериалы с отечественного экрана, прекратив поток “чуждой нам идеологии” (если говорить старым языком), зачем рассуждать о вредности отечественных сериалов? Но чтобы телекино не теряло художественности, артист должен нести ответственность за то, что он делает: внимательно изучить сценарий, разобраться, кто продюсирует картину, каков размер бюджета, кто работает в съемочной группе и на каком канале будут показывать...”.

Сказано хорошо. А конкретный результат – фильмы о приключениях Ниро Вульфа и Арчи Гудвина – мы оценим на НТВ где-то в начале осени.

Дина Радбель, Еженедельная газета Союза кинематографистов РФ «СК Новости» № 9-10 (128-129), 29 марта 2002г.

Новости Биография Фильмография Проекты Пресса Фото Мультимедиа Контакты Карта сайта Поиск по сайту